Я долго буду помнить этот день.
И эту ночь. А что еще осталось?
Воспоминаний призрачная тень,
Тоска, печаль, ненужная усталость.

Закрытый в странных четырех стенах,
Хожу и что-то делаю натужно.
Ты где-то там, к тебе хочу бежать,
Но только вот тебе того не нужно.

А за окошком небо серое
И снег крупинками ложится
На подоконник... Что я делаю?
Во сне слова - такие смелые.
Зачем? Зачем такое снится?

Лекга, стройна, порой красива.
А мне казалось, что прекрасна.
То улыбалась, чуть игриво,
Порою хмурилась лениво...
Я имя вспоминал - напрасно.

Тех снов обманчива материя.
Кто ты? Скажи мне имя, текст и ноты.
Глаза... Проснулся... Небо серое...
Кто я? Зачем? Что я здесь делаю?
Ах, это сон... Но все же, кто ты?

Со мной никто не хочет выпить -
Вот он, фрустрации предел.

Раньше в банях было жарче,
А вода была мокрей,
Были лестницы короче,
И еда - куда вкусней.

Раньше все другое было
И жилось не так мне горько.
Раньше мог я выпить литр,
А теперь - не помню сколько.

Герои Рыцарских Времен,
Вам наше счастье и не снилось.
Что ваша жизнь? Ну вот- дракон.
Убей дракона, сделай милость.

У ног жемчужная роса,
Терзанье громовых раскатов,
Прекрасной девицы глаза-
Блеск черно-белых постулатов.

У нас забот других полно,
Лишь в сказках то, за что вы бились.
Драконы вымерли давно,
Точнее- видоизменились.

Ты, Рыцарь Доблестных Времен,
Когда б меж нами оказался
И чтил, как прежде, свой закон-
С самим собою б ты сражался.

Придет черед побед хороших,
Ничто не вечно под луной-
Стакан водяры укокошим
И будем петь, дружище мой.

Огнем и льдом врага мы встретим,
Огнем любви и льдом в бокале-
Пусть он уйдет и незаметит,
Что мы его совсем не ждали.

В блокнот чего-нибудь запишем,
Листочек вырвем, в мусор бросим.
Мы ищем то, чего не слышим,
Что слышим- то непереносим.

Приходят в головы сомненья,
Но сомневаться- наше кредо
И в страхом дивном упоенье
Мв растворим чужие беды.

До сердца стылого опасно
Порой бывает достучаться.
Чужая боль- чужое счастье,
Не нам с тобой за ним гоняться.

Пусть сны меняют формы фальши,
Ведь суть скрывается в стакане.
И ну их всех куда подальше,
Еще один- и мы в нирване.

Я искал любовь, но нашел усталость,
Я стремился петь, но пришел к отчаянью.
На пороге- боль, за порогом- старость,
Дверь открыта всем душам неприкаянным.

Взор затмило нам темною вуалью,
Песня- хриплый стон- соль существованья.
Обрести покой лишь каленой сталью...
Фатум, беспредел, разума заданья-

Это все пустое. Я умел любить,
Я умел мечтать- где он, стих лирический?
Где оно, стремленье для рассвета жить?
Бледная улыбка, хохот гомерический?

В прошлом все иное, сказка или быль,
Лишь слепое "нет"- потерянным терзаньям.
Давние мечты растираем в пыль,
Я искал любовь, но пришел к отчаянью.

Он писал стихи и прозу,
Грел в своих ладонях розы
И его шальные грезы
Выносили из руин...

Этой жизни просто мало.
Часто- песен нехватало,
Но когда его не стало-
В сердце не было седин...

Пусть бывало очень больно,
Пусть кричал себе:"Довольно",
Но терпеть хоры застолья
Просто не хватало сил...

Вновь судьбу пытать не страшно,
Он вперед глядел отважно
И уже не очень важно
Кто от бед его хранил...

Стынут руки от мороза,
Грез шальных в душе заноза.
Он писал стихи и прозу.
Он, возможно, просто жил...

Пусть миллионы лет пройдут мгновеньем,
Пусть в вечность сгинет дикой боли миг.
Родившись, чтоб понять, узнать, изведать,
В итоге ты поймешь, что ты - старик.

В мерцании свечей играют тени
Орнаментом давно отживших строк,
Лежит перед тобою заклинанье,
Ну чтож, произноси его, игрок.

Но эфимерны призрачные нити,
Не нам дано судьбу держать в руках,
Сама собой вершится цепь событий.
Ты, это осознав, познаешь страх...

И в этом горечь древнего заклятья.
Из сердца глубины родится крик-
Всю жизнь искал ты мудрости объятья,
Найдя, тыпонял, что давно уже старик.